Рассказы

Дневник торговца

Девятнадцатое число Последнего Зерна, 4Э201.

Я начинаю вести этот дневник в надежде, что на прошлых ошибках, записанных в эту дешевую купленную у Ри'Сада книжонку, буду учиться куда лучше.
Сидеть в Маркарте без дела мне уж надоело — я решил начать свой путь по дороге бродячих торговцев, а значит, пора бы мне уже, собственно, начать бродяжничать. Деньги кончаются, эль уже не так опьяняет, и вот я закупил свою первую партию товара — десяток картофелин и несколько яблок — и направился на север, в Солитьюд.
Надеюсь, мне повезет в моем пути.

Двадцатое число Последнего Зерна, Турдас, 4Е201.

Мне уже крупно не повезло в бродяжничестве.
На скалах у водопада я чувствую себя спокойно. Никогда не думал, что начал бы вести свой уже восьмой по счету дневник, сидя на скалах и оплакивая смерть того, что я только что приобрел.
Крашмор, мой верный пес, которого я купил неделю назад у того неотесанного болвана у конюшен Маркарта, храбро погиб в бою. Бойцовый пес умер в бою… Я в первый раз задумался — а попадают ли собаки в Совнгард? Думаю, там ему вполне место.
Эти три налетчика (кажется, местные их называют «Изгоями») оправдали мои страхи. Не будь бы Крашмора, я бы погиб — их стрелы столь же смертоносны, как говорят. Двое с парным оружием, один с луком. Крашмор задержал их, Крашмор сделал все, что было в его силах…
Но бедный пес смог унести на тот свет лишь двух из них. Лучник без особых церемоний ранил его прямо в шею издалека — та еще меткость, скажу я вам. И, надо отметить, я настолько был испуган видом своего верного пса, падающего вниз, в воды этой глупой речушки, что… Сбежал. Но нет, я не покинул поле боя — лишь спрятался за камнями, остановил кровотечение (я никогда не был хорошим магом, но в этот раз заклятье лечения мне помогло) и атаковал лучника после некоторой паузы, как раз когда он искал меня на скалах реки, остановившись на мосту. Нет, не кинжалом — пусть мой стальной нож и спас мне уж жизнь пару раз, но в этот раз я решил обрушить на него всю мою мощь и высвободил всю ярость на убийцу моей собственности в заклятье пламени. Но не тут-то было — Изгой совсем не испугался и выхватил лук, вопреки тому факту, что он горел, и тут же выпустил в меня сразу две стрелы! Впрочем, тут уже я выхватил нож и нанес ему смертельный удар в шею — знай наших, Изгой!
Когда я, наконец, собрал вещи этих дикарей и похоронил своего пса в водах реки, я остановился на этих камнях, чтобы передохнуть.
Я отомстил за пса, который стоил мне пятисот золотых, и у меня есть еще немного товара. Думаю, стоит вернуться в Маркарт и проверить, на месте ли Ри'Сад — до Солитьюда еще далеко, а тащить вонючее снаряжение этих жалких дикарей мне не хочется.
Впрочем, я все-таки оставлю их топор себе. Чую, что ножом в бою я без Крашмора обойтись не смогу.
Неважно, кажется, тут есть небольшой домик — в нем неплохо бы передохнуть. На двери есть замок — думаю, отмычка решит эту проблему. Заодно обшарю его на предмет товаров.
Я проник в дом. Кажется, снаружи кто-то выстрелил в меня стрелой, когда я возился со своей единственной отмычкой. Думаю, самое время подумать о праведной жизни, в которой я не буду лазить по чужим хибарам.
Но здесь пусто. Судя по обстановке, это дом шахтеров — кажется, тут неподалеку находится шахта. Неподалеку валяются несколько кирок, ящики какие-то… И, конечно, шкаф с едой, две кровати и небольшой столик. А также котелок.
Я приготовил себе пару жареных ножек кролика и жареный козий окорок, но наелся сырой картошкой и вином, которые раздобил в буфете. А заодно нашел и костюм в платяном шкафу — вполне неплохой, должен отметить, и достаточно дорогой. Думаю, я его продам Ри'Саду — если смогу, конечно. Кажется, за всем в этой провинции следят Стендарр да Зенитар — куда не зайдешь, везде отказываются покупать «краденое». Ну и что? Нужен шахтерам этот дорогой наряд? А мне как начинающему торговцу и свернувшему на менее скользкую дорогу бывшему контрабандисту он необходим как товар на продажу!
Тьфу. Все, ложусь спать. Надеюсь, завтра утром я проснусь и покину этот дом без лишних приключений.
Что-то мне не спится в этом доме. Душно, страшно и тому подобное.
Я обшарил все мешки и бочки и забрал все, что мог забрать. Бегу в Маркарт — вдруг какой-нибудь лучник окажется на дороге, а я почти безоружен.
Ри'Сад купил у меня этот вонючий мусор, который Изгои явно считали своей броней, и почти все оружие. Топор я продал ему — оставлю себе лук того поганца, который хладнокровно застрелил моего пса. Заодно и стрелы есть, к счастью.
Надо бы продолжить путь в Солитьюд.

23 Последнего Зерна, Турдас, 4Э201

О Восемь, почему я постоянно попадаю в какие-то нелепые и страшные передряги?!
Сейчас, конечно, я уже в безопасности, в Маркарте. О, как же долго мне будут сниться кошмары о всем том, через что я прошел по своей глупости!
Мало того что я оказался рабом Молага Бала, так еще и из-за какого-то нищего чуть не оказался убит этими бестиями из здешнего храма Дибеллы!
А теперь по порядку.
Три дня назад, продав большую часть своего хлама Ри'Саду, я гулял по улицам Маркарта, удачно продав результаты своих опытов в кузнечном деле и, конечно же, хорошенько выпив. С пьяни я почему-то заболтался с каким-то угрюмым мужланом в капюшоне, который спрашивал какие-то глупые вопросы и потом потащил меня в какой-то дом… Потом еще произошло что-то, но помню я две вещи — я блеванул на пол, и какой-то голос приказал мне убить того мужика.
Я не то чтобы люблю убивать людей. Даже в бытие контрабандистом я от силы лишил жизни двух людей — ту шлюху-ассасинку, которая к нам в пещеру забрела и попыталась убить Питта, пока никто не видел, я булавой по голове стукнул, да еще одного орка по пьяни… Вот к чему ведет вино! Будь проклято вино! Но тот голос уж больно убедительно говорил, все затуманилось, и вообще… Кажется, меня даже мечом ударило, так я с перепугу и бросился на своего товарища по запою. Не помню, как долго я дрался — судя по головной боли на следующий день, мы повалились на землю. Пока он там пытался нащупать булаву, я наносил удар за ударом ножом. О, какое это должно было быть зрелище! Помню лишь, что было после той схватки: когда, наконец, он, истекая кровью, начал молить о пощаде, я встал и, блеванув, нанес ему несколько ударов кожаным сапогом. Потом голос, маня, заставил меня пойти вглубь дома… Я не помню, что говорил, но знаю точно — я попал в ловушку Молага Бала и согласился привести какого-то старикана к нему.
На следующее утро я проснулся уже у местной конюшни — видать, сбежал с перепугу из дома, и какой-то сердобольный стражник набил морду и выбросил в кучу навоза. Я воздал молитву Маре и поплелся назад, в Маркарт, решив, что все это было сном.
Когда я был в городе, я помыл по-быстрому свою грязную — от крови и от навоза — одежду. Когда заметил кровь, запаниковал и побежал по улицам в поисках того дома…
Нашел его — и дом, и изуродованный труп того мужлана, и алтарь Молага Бала, у которого я принес страшную клятву.
Боги, какого черта я преклонился перед дэйдра?!
Но и это не самое плохое. Дальше все шло гораздо хуже.
Когда я выбежал из дома и, кажется, упал в реку, мне помог выбраться какой-то там глупый нищий. Я что-то пролепетал вроде «Жизнь спас, все сделаю» — и, конечно, пройдоха придумал, что мне следовало сделать.
Я контрабандистом, конечно, был, но никогда особо много в шайке не делал — в основном бегал от города к городу гонцом, не больше. Никогда не крался и убийствами да воровством не занимался. А теперь появилась самая возможность заняться, нечего сказать.
Он попросил меня притащить статую Дибеллы из тамошнего храма. Сказано — сделано: взломал сложный замок отмычкой (видать, Ноктюрнал тут мне улыбнулась, когда увидела, как я дрожащими руками звенел в этой штуковине тем куском металла), прокрался в святилище, прошмыгнул мимо этих стерв — и вот те на, отмычки кончились, а дверь-то выходная из святилища оказалась вновь заперта! Я громко ругнулся, и тут меня обнаружили — и, конечно, забрали статую и потребовали, чтобы я привел какое-то дитё к ним. Сейчас, размечтались, сказал им я — и тут же понял, что у меня кроме стального ножа против этих дурех в ближнем бою я противопоставить ничего не могу, а магией да луком их вряд ли уложу. Сдался им на милость, поняв, что они и убить могут, и страже сдать, а я-то на праведную дорогу свернул, на праведную — слышите?!
В общем, поплелся я в эту дыру, где девчонка их жила — и, как назло, как раз по дороге к Солитьюду. Кажется, опять выпил — и попал в какую-то передрягу с парой талморцев. Кажется, освободил их пленника и дал ему нож, крича что-то вроде «За Империю! За имперцев!». Надеюсь, это был мой земляк: имперец из Сиродиила. Иначе зачем я его освободил? Ожоги от талморцев еще не исчезли даже.
В общем, убежал я от этих альтмерок и попал прямо в Картварстен, где нашел папашу будущей пророчицы Дибеллы — и о Боги, почему оказалось так, что ее похитили Изгои? Ладно, так и быть, сказал я да побрел к этим дебилам с оленьими шлемами, сжав лук покрепче.
Конечно же, папаша сдох еще до того, как я добрался до девчонки. И, конечно, мне пришлось делать все самому, как последней сволочи. О, кажется, я с десяток Изгоев уложил в том темном форте из-за угла, стреляя из лука по этим идиотам и прячась в тенях! Вот это уже достижение, я согласен.
Впрочем, мне пришлось надеть на себя их вонючую броню чтобы выжить — иначе бы они меня закололи, без брони-то.
Ну да ладно, и это еще не все.
В конце концов нашел я девчонку. И даже нашел (вот бонус-то какой!) и старика, которого Молаг Бал приказал привести к нему. Но, черт, их охраняло какое-то чудило с раскрытой грудью, а там какая-то ягода. Нет, даэдрот меня побери, я с ним не справился — пришлось от него сбежать в глубины форта.
А там — еще один сюрприз: группа головорезов, по мою голову. Самое то, сказал бы я, если бы не был и без того на грани жизни и смерти! К счастью, у меня оказались под рукой пара зелий, иначе бы я этот бой не пережил.
Бой? Нет, конечно, я не стал их убивать! Все-таки эти орки меня не догнали — я слишком быстро бежал, и когда они уже были на одном конце форта, я вернулся на крышу и передохнул там. После этого — с новыми силами набросился на того чурбана-Изгоя, забрал у него ключ от камеры и спас и старикана, и девчонку.
И, конечно, убежал восвояси — девчонку в охапку и за стариком. А он всех головорезов на пути своем просто перебил — они его за меня приняли, мол, тоже в капюшоне и все такие дела. Но не тут-то было — он это быдло в пепел истер. Даже брони не оставил — иначе бы я поживился.
Похоже, что кто-то меня сильно ненавидит — либо я стащил что-то из кузни у той орчихи. Так и знал, что те слитки не надо было трогать. Но я их же положил на место!
В общем, вернулись в Маркарт — я с девчонкой да старик. Я девчонку жрицам дал, они меня в какую-то бадью каменную окунули, и у меня что-то в голове звякнуло — кажись, что-то хорошее, иначе бы похмелье не закончилось.
Итак, теперь я что-то вроде героя в этом городишке. Нужно мне ваше признание, я торговать хочу, а не спасать детишек каких-то шахтерских шлюх с каменной подагрой от Изгоев! В общем, все было бы просто прекрасно, если бы я мог продать хоть что-нибудь в этом городе по-настоящему выгодно. Но вернусь к повествованию.
А потом бегу я — в тот дом. Забегаю, иду внутрь, смотрю — старик у алтаря в клетке корчится, у меня в руках булава и голос требует старика «наказать». Ну, я его пару раз стукнул, он чего-то там заныл, и потом я его прикончил. Проснулся уже в обнимку с алтарем, с новой булавой и бутылкой вина — пустой и разбитой.
О Девять, сколько я людей убил в последнее время?! И что это за булава-то такая, что от нее дерьмом несет, мой ты ее или не мой в воде? И вообще, почему она зелененькая какая-то?..
В общем, продал я все, что мог, местным торгашам, поел, выспался, помылся, помыл одежду и попытался смыть грязь с булавы — не вышло. На все ушел целый день. И вот он я, уже на следующий день, сижу в храме Дибеллы и пялюсь на здешних жриц. А теперь еще и пишу все это в дневнике, получив пощечину.
Мне никогда не понять, что будет дальше.
Думаю, посижу еще немного в Маркарте.

26 Последнего Зерна, 4Э201

Похоже, что добро действительно до добра не доведет.
Решив направиться в Рифтен после некоторой передышки от приключений в Маркарте, я забежал сначала в Старый Хролдан, где принес письмо старика-фермера его сыночку, а потом направился на юг, в Фолкрит. Нечего сказать, приятное местечко — поторговать ни с кем особо не удалось, а в окрестностях на меня нападали три раза волки — и даже один раз встретил сприггана! Боги, как же мне не везет.
Зато получил четверть тысячи за доставку праха какого-то старого хрыча тамошнему жрецу Аркея. В десять раз больше заплатил, чем тот лоботряс из Старого Хролдана.
Я его поблагодарил, потом остановился в тамошней таверне, «Мертвецком меду», кажется, и там с одной девчушкой задержался на ночь, а потом, наконец, продолжил путь, страдая от похмелья.
А тут, как назло, всех видов неприятности — от сторожевой башни, в которой я хотел под защитой стражи посидеть пару часиков и в которой я обнаружил начинающего некроманта, и морозных пауков до каких-то редгардов и какого-то старика, который попросил меня обчистить какую-то крепость, кишмя кишащую бандитами. Сказано — сделано: я полез туда и, надо сказать, вылез не в лучшем здравии — не пользуйся я после нападений волков так часто заклятьем лечения, руку сломанную бы не восстановил.
Конечно, я не перебил и половины бандитов, да пришлось в процессе примерить стальные доспехи с вонючего орка, но это не проблема. Я смог стащить из крепости кой-какие пожитки, да и старик расщедрился на томик заклинаний… Разве что я вряд ли буду пользоваться этим его «Обнаружением жизни». Хотя как знать, жизнь учит…
В общем, сижу я у него в лагере и пишу всю эту бредятину. Думаю, продолжу путь в Рифтен — уж там-то будет с кем поторговаться. А тут — Фолкрит, самая глушь! Фе.

27 Последнего Зерна, 4Э201

Поразительно немного времени я провел в Рифтене.
Когда я прибыл сюда, я ожидал увидеть тот великий центр торговли, о котором так много читал в книгах (как ни странно, в бытие контрабандистом я умудрялся еще и читать книги) — но нет, меня встретила буквально свалка, а не город. Сначала меня у южных ворот притормозили и приказали обойти его со стороны, и прямо напротив городских стен на меня напал ассасин Темного Братства! Но и это не самое ужасное — с трудом его одолев в схватке (пусть эта треклятая булава и досталась мне ценой убийства, но, Обливион меня поглоти, она куда сильнее бьет по врагам, чем мой старый кинжал), я обратил свой взор на здешние стены — и о ужас, там равнодушно стоял и пил мед из бутылки какой-то драный стражник.
При входе в город, конечно, с меня попытались снять налог — но не тут-то было, я же все-таки на то и торговец! Пара слов — и эти жалкие трусы меня пропустили без всяких денег в их жалкий город.
Все шкуры, которые я собрал с убитой живности по пути в Рифтен, я обработал — и изготовил большое количество кожаной брони и продал ее местному кузнецу, хорошо заработав. Потом я побродил по городу, решив проблему какого-то вонючего конюха с его долгами перед какой-то рыжеволосой и больно уж наглой дурой (эх, булава моя плакала по ее черепушке — какая дерзость в выражениях перед великим путешественником, спасшим пророчицу Дибеллы из лап целой тучи Изгоев!), подравшись с владельцем конюшни и выиграв на этом немного золота, собрав компромат на местную владелицу какой-то «Ночлежки» (признаться, я надеялся, что в обмен на молчание она даст мне больше) и все-таки вдарив одной сварливой старухе булавой по болтливой башке… И заскучал. Все тут слишком грязно, уныло, скучно. Без связей в этом городе мне делать нечего. Разве что облегчить живот под кустом — что я и сделал.
Я купил у местного Амулет Мары в надежде, что хоть кто-нибудь в этой дыре мной заинтересуется, но, похоже, никому я и даром не нужен тут — связи приобрести будет сложнее, чем я думал. Я принял решение покинуть Рифтен и направится в Солитьюд — а там, если не обоснуюсь в Солитьюде, может, посещу Виндхельм — больно уж хочется посмотреть на местную знаменитость — вождя восстания, ярла Утри-ка-нос-или-как-его-там, а заодно узнаю, что там за мальчишка пытается призвать Темное Братство.
Да и хочется посетить Святилище Азуры и помолиться богине сумерек — проходивший мимо паломник-темный эльф мне хорошо помог в схватке с бандитами, поджидавшими в засаде в кустах, еще по пути в Рифтен.
И напоследок — неподалеку от Камня Шора, где я еще немного поработал в кузне, я нашел сторожевую башню, в которой были лишь одни трупы стражников. Куда катится Скайрим?!

31 Последнего Зерна, 4Э201

Кажется, я нашел ответ на свой вопрос. Скайрим катится в полное дерьмо, не больше и не меньше.
Я-то знаю. Я только прибыл в Солитьюд, и пусть за все то время, что разделяет эту и последнюю мои записи, произошло много хороших вещей, плохих событий было еще больше. Но все по порядку.
После целых четырех часов ходьбы я прибыл в Виндхельм, стараясь избегать близкого знакомства с то тут, то там попадавшимися медведями — видимо, из-за этих тварей на флагах Братьев Бури и намазана их рожа. Самодовольные норды.
Прибыв в Виндхельм, я оказался в самой гуще событий — сначала подрался с нагловатой пьяной рожей, который посмел оскорбить едва ему знакомую данмерку и оклеветать ее как шпиона, потом получил какую-то тарелку от мальчонки, чью наставницу я, как оказалось, прихлопнул в Рифтене булавой Молаг Бала, потом попытался расследовать дело об убийстве нескольких юных девушек… Даже получил записку какую-то, которую до сих пор держу в кармане.
Ничего. Ничего в Виндхельме нет. Жалкий, промозглый, заснеженный город. Трущобы. Это не город, это городишко.
Я поторговал, конечно, с местными, но делать там мне нечего было — если я в Виндхельме задержусь, то все начнут меня подозревать в том, что я шпион Братьев Бури, когда я прибуду в Солитьюд, куда и направлялся.
В общем, я ушел оттуда и пошел на запад.
Хотел было совершить паломничество к храму Азуры, но меня настигла неудача — снежный волк, которого моя новая булава не заставила сдохнуть с первых трех-четырех ударов, не то что других волков. Конечно, мне помог его одолеть один крестьянин, который как раз направлялся в Солитьюд, чтобы стать легионером — я хотел было идти с ним, но была ночь, и я, уставший, принял решение распрощаться с новым другом (его звали Грот, кажется) и остановиться в «Ночных воротах».
Не знаю, дело ли в таверне, в записке ли или еще в чем-то, но через час я проснулся в небольшой хижине близ Морфала. В ней я встретил не самую милую девушку в странной броне, которая оказалась вполне себе на уме — предложила «искупить свою вину» убийством. Ну, там и жертвы были — три человека в капюшонах.
Когда я поговорил с ними всеми, я понял — убить следует каджита, только его заказать могли. Более наглого идиота я не встречал. Женщина была, пусть и несколько сварливой, довольно милой — для матери-одиночки с шестью детьми, если, конечно, она не врала. А наемник вообще был душка — туповат, правда, но достаточно безобиден.
И вот, я занес булаву над башкой каджита, на которую был надет мешок, надеясь побыстрее выбраться из этого дерьма…
Когда я очнулся, я лежал на полу. Булава, окровавленная, была в моих дрожащих руках. Я обернулся — все трое были мертвы. Молаг Бал, кажется, со мной решил шутки шутить через свою булаву — сначала эта старуха, теперь два безобидных обывателя… Зато девушка была довольна и пригласила в «семью» — в Темное Братство. О Восемь! Какой черт меня заставил выпить ту бутылку вина, завалиться с тем мужиком в заброшенный дом и вляпаться во все это дерьмо?! Когда-нибудь я выброшу эту булаву к чертовой матери, попомните мое слово!
Когда я выбрался из хижины (сняв всю одежду с жертв — все-таки товар, как-никак), я понял — меня в один час утащили из окраин Винтерхолда в окраины Морфала! Повсюду были его знаменитые болота. Подравшись с парой-тройкой пауков, я направился к Морфалу, где со мной произошло еще очень много всего интересного, о чем мне не терпится промолчать.
Итог моих похождений был таков — я убил пять вампиров (Молаг Бал, скорее всего, затрясся от гнева, увидев через свою дубинку, как я их убиваю!), получил полторы тысячи золотых, стал героем всего Морфала, не нашел себе жены, подрался с каким-то вонючим наемником и, выиграв в драке сотню золотых (включены в те полторы тысячи), пригласил его сопровождать меня в путешествиях.
Ха, как же быстро он согласился — надоело ему сидеть в этих душных болотах. Вот только у него боязнь крови — как ни странно, воин боится вида красной жидкости, льющейся из врагов! Я надел ему на голову мешок, снятый с одной из убитых жертв — в самый раз. Теперь он, вопреки всем законам здравого смысла, бродит за мной с мешком на голове — ничего не видит, но дерется отменно. Кажется, его имя Борен — я назову его Болек. Вполне подходящее имя для норда с интеллектом собаки.
Выбравшись из Морфала и попав в Солитьюд, я пожалел о том, что сюда брел все это время. Восемь, как только вошел в город — казнь на моих глазах! Слава Восьми, я успел стащить амулет Талоса с трупа убитого — интересная вещица, надо сказать. Может, за нее дадут деньжат побольше в Винтерхолде — здесь этот бог не в фаворе, и ему амулетик может стать поводом для казни. Ой-ой.
В общем, тут есть с кем поторговаться, и я только начал игру. Может, в Солитьюде мною кто-то заинтересуется, может — нет.
Время покажет.

2 Огня Очага, 4Э201

Похоже, что я веду этот дневник уже целую неделю. Как много прошло золота сквозь мои руки с тех пор, как я покинул Маркарт, надеясь, по неопытности, продать с десяток жалких картофелин в Солитьюде!
О, как же я разбогател с тех пор. Теперь в моих карманах позвякивают чуть меньше четырех тысяч золотых монет — а Болек, нагруженный броней и мелкими товарами, теперь верно следует за мной по пятам, прямо как Крашмор в первый и последний день его службы мне, своему хозяину.
Покинув Солитьюд, я наткнулся на тролля и нескольких редгардов, любезно попытавшихся помочь мне одолеть эту тварь — конечно же, ценой своей жизни. Храбрые люди! Их скимитары я заточил и попытаюсь продать их в Маркарте — либо повешу их над камином, если когда-нибудь у меня будет дом с камином, конечно.
Я наготовил себе с десяток мисок яблочно-капустной похлебки. О Восемь, как же я ее обожаю. С тех пор, как я покинул Маркарт и начал питаться самостоятельно, я всегда собираю соль, яблоки и капусту в надежде побыстрее отведать это чудесное блюдо, рецепт которого мне рассказал привыкший скитаться в этих местах Ри'Сад. Много мисок похлебки с яблоками и капустой я использовал по назначению, и даже немного сбросил вес — мяса не ел уже Восемь знают сколько времени. Кажется, я отведал отварную говядину еще когда покидал Фолкрит…
А вот я в прекрасной форме. Я многому научился с тех пор, как покинул Маркарт. То-то же будет удивленных взглядов, когда их любимый спаситель пророчицы Дибеллы вернется с новым слоем блеска! Я даже зачаровал свою одежду, купил амулет Зенитара и начал молиться Восьмерым перед сном, и, кажется, светлые боги мне начали улыбаться, вопреки тому, что я ношу с собой Булаву Молага Бала.
Мы с Болеком, который никак не снимает свой мешок и размахивает стальным молотом как палочкой, только что одолели целую ораву бандитов. Бой был трудный, я один раз чуть не умер, удирая от разбрасывавшегося огненными стрелами как сладкими рулетами бандита… Все-таки я родился под звездой Ученика — мне злобных магов стоит избегать!
Надо отметить, с них я набрал очень много бесполезного для меня, но больно уж полезного для других хлама. Надеюсь, люди в Маркарте будут рады моим товарам. А я буду уж точно рад их золоту.
Удачи мне в моем возвращении назад. Кажется, я не навестил еще разве что Данстар, Винтерхолд и Вайтран — они и станут моими следующими пунктами назначения после того, как я покину Маркарт.

3 Огня Очага, 4Э201

О, если бы неделю назад я знал бы, как мне сильно повезло влезть во всю эту авантюру с булавой и стариком… Дом, в котором стоит алтарь Молага Бала, все еще пуст и необитаем, и я смог тут спокойно отдохнуть.
Немного поскучав и по настоянию Болека ударив пару раз «демонический алтарь» булавой, я пересчитал свои сбережения — ого-го, после вчерашних торгов я теперь обладатель не почти четырех, но целых шести тысяч золотых монет — и это я еще не продал ту бесполезную для меня робу Консельмо!
Похоже, что жизнь налаживается — но, к сожалению, пару себе, молодому мужчине с тугим кошельком, я найти все еще не могу.
Хотя, может, мне стоило бы чаще умываться и перестать таскать с собой эту ужасную булаву. От нее все еще смердит.

9 Огня Очага, 4Э201

Похоже, жизнь моя налаживается, хоть она все еще в полном дерьме.
Скайрим приятное местечко. Тут много интересных людей и любопытных личностей. Эола, например — вроде бы обычная охотница, а каннибалка! Лисбет, красавица-вдова, да еще и хозяйка собственного магазина, которой я хотел сделать предложение руки и сердца — съела своего мужа. Беннинг, у которого я купил когда-то Крашмора — кормит собак человечиной! О, Лисбет, Лисбет — почему ты каннибалка и убийца?! Я так хотел тебе предложить выйти за меня замуж, но твой злобный оскал там, в пещере, чуть не свел меня с ума. О, ту ночку в храме Намиры я не забуду… И сейчас изо рта, кажется, смрадит — недавно откушал орков из крепости близ Маркарта. Орки не самое лучшее мясо, но хотя бы лучше мяса злокрысов, которым я некоторое время питался в прошлом.
Кольцо мне жмет палец. Интересно, это так надо?
Но меньше о каннибализме и моем невольном служении не только уже Молагу Балу и Шеогорату, но и Намире, и поговорю о более важных вещах.
Наконец, у меня нашлось время посетить свою новую «семью» — ох, Темное Братство еще лучше, чем я мог ожидать! Особенно порадовало то, что там есть трехсотлетняя малютка-вампир, с которой я поиграл в карты. Чуть было не проиграл ей булаву, но она смилостивилась и взяла вместо нее всего лишь весь мой товар. Милая девчурка эта Бабетта.
Конечно же, контракты я у них не взял — нет, спасибо, побуду пока что без убийств, может, позже займусь работой, но не сейчас. Кровь с зубов не счищу, так хотя бы счищу ее с рук.
Я отрабатывал свои навыки в кузнечном деле, пока был в Ривервуде три дня назад. Кажется, у меня вполне неплохо получается! Двемерские луки и доспехи выходят прекрасно, это работа, достойная настоящего кузнеца; может, мне удастся сдать их где-нибудь и заработать на этих вещицах целое состояние? Спасибо Алвору, который снабдил меня железными и стальными слитками — ему теперь есть что продать путнику, нуждающемуся в хорошей броне.
Вообще я продал очень много в Ривервуде и утащил с собой пять шестых золота тамошних торговцев. Пусть знают наших сиродиильских иммигрантов-торговцев!
Еще я, наконец, нашел свою вторую половинку — Орла, жрица Дибеллы из Маркарта, оказалась чрезвычайно гостеприимна, и я, кажется, влюбился без памяти. Я не мог представить себе жизнь без такой красавицы-жены… Я пару часов назад сыграл свадьбу и позже неплохо выпил с Болеком — голова болит от вина, аж перо выпадает из рук. Осталось лишь купить в Маркарте дом — и прощайте, старые дни путешествий по всему свету! Я продам, наконец, эту чертову булаву, отпущу Болека и осяду в каком-нибудь уютном гнездышке с Орлой и буду жить припеваючи. Думаю, на дом-то мне как раз денег более чем хватит — одиннадцать тысяч (!) я накопил, путешествуя по свету и торгуя с амулетом Зенитара на шее. Восемь улыбаются мне, вопреки всему! Может, я заработаю даже больше, охотясь и занимаясь кузнечным делом, в крайнем случае побуду дровосеком — дело хоть и скучное (беготня от медведей опаснее, но уж куда более веселее!), но прибыльное.
И вот встает первая проблема — а вдруг мне будет скучно быть обычным жителем Маркарта, скучным обывателем, а не тем, кем я сейчас являюсь?
Хотя кого я обманываю — вряд ли мне не найдется чем заняться в Маркарте пока я буду там жить. Может, стану кузнецом или кожевником, может, займусь алхимией, или лавку открою… Мне определенно найдется чем заняться.

13 Огня Очага, 4Э201

Вот и настают последние деньки моего веселого холостяцкого запоя по всему Скайриму. Две недели прошли с тех пор, как я взял эту книжку в руки в первый раз. Восемь, какая она теперь затасканная и засаленная!
Я вернул Булаву, заточив ее хорошенько для будущего хозяина, назад, на место, в заброшенный дом. Она так и не перестала пахнуть дерьмом.
А вот Кольцо, которое осталось мне тесным я отнес в тот самый форт, где я спасал ту девчонку, и отдал Изгоям. Пусть пользуются на здоровье. Ваббаджек я передал гонцу — заплатил ему деньжат, чтоб он его отнес в Солитьюд и сдал тамошней «королевне» вместе с моим пересказом того, как я его получил. Уверен, эта история ей понравится.
Орла вернулась к своим обязанностям в Храме, но каждое утро приносит завтрак в постель. Странные все-таки эти жрицы Дибеллы. Мне бы еды без изысков, хорошей похлебки, но она что-то по-эльсвейрски готовит… Сыром пахнет. И сахаром. Мне не сильно понравилось сначала, но вроде вкусно. Истинно, они ищут красоту даже в еде — она ее присыпала мукой для красоты. Или, может, чтобы я не принял горшок с этой едой с ночным горшком. Со мной это случается.
Я нашел труп Крашмора в той самой горной реке, где мы сражались с Изгоями. Как давно это было! Теперь я понимаю, что этот пес имеет для меня сейчас только сентиментальное значение. Зря я потратил на него так много золота в начале своего пути. Зря я пошел, наивный, в Солитьюд, надеясь там продать горный картофель, когда там и так еды навалом. Зря я вообще так много времени провел далеко от дома.
Но, признаться честно, когда я оглядываюсь назад, я улыбаюсь. Это был прекрасный путь.
Дневник вместе с останками моего верного пса и своими капюшоном и кинжалом я зарываю у дорожного храма близ Старого Хролдана.
Интересно, удастся ли мне без Булавы и былого снаряжения вернуться назад, домой?..
  • Комментариев:
    Notice: Trying to access array offset on value of type null in /var/www/fullrest-team/data/www/fullrest.ru/templates/common/commentaries/comment_header.php on line 3
  • Участников:
    Notice: Trying to access array offset on value of type null in /var/www/fullrest-team/data/www/fullrest.ru/templates/common/commentaries/comment_header.php on line 4
  • Статистика

Обсуждение в комментариях